До того момента, когда президент Ирана Махмуд Ахмадинежад объявил об освобождении 15 британских моряков и морских пехотинцев, он хранил по вопросу глубокое молчание
В Иране действуют много разных, и зачастую – блокирующих друг друга, центров власти.
Во многих случаях трудно понять, каким образом в Тегеране принимаются решения и кто за что отвечает. Из-за этого западным странам весьма непросто вести переговоры с Тегераном.
Президент Ирана избирается народом демократическим путем. Но решающее слово во всех вопросах государственной важности принадлежит верховному лидеру страны, которого не выбирают.
Об освобождении британцев объявил президент Ирана. Но с самого начала кризиса Ахмадинежад хранил молчание по этому вопросу, что крайне нехарактерно для президента, известного своим вспыльчивым нравом. Казалось, что в кризис были вовлечены другие официальные лица и департаменты.
Официальное заявление о задержании моряков сделал министр иностранных дел Ирана Манучехр Моттаки.
Через некоторое время стало ясно, что ключевую роль в этом деле играет высокопоставленный иранский представитель – Али Лариджани.
Когда Лондон усилил дипломатическое давление на Тегеран, обратившись за поддержкой в Совет Безопасности ООН и в Европейский союз, именно Лариджани предупредил Британию об опасности интернационализации этого по сути двустороннего конфликта.
Прагматизм Лариджани
Лариджани снова оказался в центре внимания во вторую неделю кризиса, на этапе “тихой дипломатии”.
Лариджани в интервью британскому телевидению заявил, что нет необходимости судить британских моряков. Позднее он переговорил по телефону с главным советником Тони Блэра по внешней политике.
Лариджани, которого на Западе знают прежде всего как главу иранской делегации на переговорах о ядерной программе Тегерана, является также главой Высшего совета национальной безопасности Ирана.
Этот совет формально возглавляет президент Ахмадинежад. Оба руководителя – и Ахмадинежад, и Лариджани – консерваторы, известные своей крайне жесткой позицией, однако у каждого из них свой стиль.
Президент Ахмадинежад склонен к конфронтации. Лариджани, который умеет упорно отстаивать свою линию, более прагматичен и менее резок. Говорят также, что к нему прислушивается самый влиятельный человек в Иране – верховный лидер.
В последние несколько месяцев, по мере нарастания напряженности в отношениях между Ираном и Западом из-за введения санкций ООН против Тегерана в связи с его ядерной программой, роль Лариджани заметно возросла.
Награда президенту?
Тем временем, президента Ахмадинежада все больше критикуют в иранских кругах за его склонность к конфронтации, полагая, что это может повредить имиджу Ирана за пределами страны и привести к усилению международного давления на Тегеран.
Однако в периоды кризиса иранская политическая элита часто объединяется и коллективно принимает решения в Высшем совете национальной безопасности.
Многие считают, что по вопросу о британских моряках решение могло быть принято совместно Высшим советом и верховным лидером.
В чем же могла быть роль президента Ахмадинежада?
Как председатель Высшего совета национальной безопасности он, безусловно, участвовал в выработке этого решения.
Некоторые обозреватели высказывают дерзкое предположение о том, что президенту дали почетное право публично объявить об освобождении британцев в качестве награды за его молчание с начала кризиса.
Но это лишь одно из предположений. Как обстояло дело на самом деле, известно лишь весьма узкому кругу иранской политической элиты.