Закир. Этим нелюдям, существам с комплексом шакалов невозможно, что либо доказать цивилизованным языком. Эти существа гиены в человеческом обличие понимают закон кнута. Армянских хаев всех мастей остро необходимо мочить в сортире и сапасать от этой чумы мир.

Факты, свидетельствующие о совершении армянами геноцида в Ходжалы и совершении преступлений против человечества, отражены на 260-262 страницах книги З.Балаяна «Воскрешение души нашей», изданной в 1996 году.

из книги одного из самых жестоких идеологов армянского фашизма Зория Балаяна “Возрождение души нашей”, в котором он открыто пишет о совершенном 26 февраля 1992 года геноциде в Ходжалы:

“Когда мы с Хачатуром вошли в один из захваченных домов, наши солдаты прибили гвоздями одного 13-летнего турка к окну.Чтобы ребёнок не кричал, Хачатур засунул ему в рот отрезанную грудь его матери. Затем я содрал кожу 13-летнего турка на животе, голове и груди. Я посмотрел на часы, через 7 минут ребёнок умер от боли и потери крови. Мой дух был переполнен радостью. Затем Хачатур расчленил труп убитого ребёнка и бросил его собакам, которые одних корней с ним. Вечером мы сделали то же самое ещё с 3 детьми турков. Я выполнил свой долг, как человек, любящий армян. Я знал,что каждый армянин будет гордиться нашими действиями”.

Другой армянский автор, писатель-журналист Давид Хердиян, проживающий в настоящее время в Ливане, с гордостью напоминает о зверствах, совершенных армянами по отношению к азербайджанцам в Ходжалы, в своей книге “Во имя креста”:

“Чтобы пройти рано утром через болото близ местечка, именуемого Дашбулаг, мы протянули по болоту своего рода мост, “сконструированный” из человеческих тел. Когда я отказался идти по бездыханным человеческим телам, подполковник по фамилии Оганян приказал мне не бояться. Я подчинился приказу командира и был вынужден наступить на грудь 9-10-летней девочки, чтобы пройти болото. Обувь и брюки были перепачканы кровью. Так я прошёл по 1200 трупам”.

“2 марта армянская группа Гафлан (занимавшаяся сожжением трупов) собрала около 2000 трупов монголов (тюрков) и сожгла их отдельными кучами в километре к западу от Ходжалы. В последнем грузовике я увидел 10-летнюю девочку, раненую в голову и руки. Пригляделся повнимательнее и увидел, что она тихонько дышала.Несмотря на мороз, голод и полученные раны, ребёнок был ещё жив. Я никогда не забуду глаза этого ребенка, борющегося со смертью! Потом один из солдат по фамилии Тигранян взял её за уши и поволок к куче, уже облитой мазутом. Затем их подожгли. И тут я услышал, как в этом массиве кто-то кричит, прося о помощи”.

828 г. мая 26 — Рапорт И. Ф. Паскевича И. И. Дибичу о переселении армян из Персии в Россию

Зная, с какими затруднениями сопряжено перемещение большого числа переселенцев, особенно без предварительных к тому приготовлений и способов, в страну скудную местными пособиями и опустошенную войною, я не мог не предвидеть всех неудобств, неизбежных при переселении в наши области нескольких тысяч семейств христиан из Адербижана, и хотя по покорении Еривани сделано было мне о том предложение с удостоверением, что в деле сем не встретится никаких затруднений и что переселение христиан, представляя одни выгоды для россиян, не введет правительство ни в важные заботы, ни в издержки, но я не решился вдаваться в сие предприятие до тех пор, пока сами армянские общества, по занятии войсками нашими Адербижана, не прислали ко мне депутатов, которые явясь в Дейкаргане без всяких предварительных требований или условий, как единственной милости просили позволения переселиться в провинции, принадлежащие России.

Будучи убежден таковыми их просьбами и находя, что заселение лежащих в пусте на границе нашей земель народом покорным, трудолюбивым и преданным нам по вере, может принести большую пользу, я обласкал сих депутатов и дал им просимое ими позволение, но не обнадеживал их отнюдь в особенном каком-либо пособии и других выгодах, кроме освобождения на определенное время от податей и повинностей.

По заключении уже в Туркменчае мирного тракта и по возвращении в Тавриз известился я о совершенной бедности переселяющихся христиан, и что они без денежных пособий со стороны российского правительства подвергнутся неминуемым бедствиям при переходе в наши границы, узнал также твердое намерение их приступить к переселению, которое они сделали гласным, оставляя все выгоды, приобретенные ими в Персии от сельского хозяйства, недвижимое имущество и даже часть движимого, по неудобности взять с собою. После сего не мог я уже остановить их переселение и оставить их на произвол утеснительного правительства персидского, которое на них показало бы всю свойственную ему мстительность, не мог я также не уважить просьб сих христиан, умолявших меня о пособии и потому назначил полк. Лазарева, штаб-офицера усердного, фамилия коего, как я полагаю, пользуется общим уважением армянской нации, также подполк. кн. Аргутинского и других чиновников для подъема с места переселенцев и препровождения в наши области, для водворения же их и оказания помощи на местах, им предназначенных, учредил при бывшем Ериванском, что ныне Армянское областное правление, особый комитет и отчислил на первой раз 50 тыс. руб. серебром, дабы из сей суммы выдаваемо было денежное пособие совершенно бедным семействам в виде займа. О подробностях такового распоряжения в. с-тво изволите быть известны из донесения моего от 3 марта настоящего года № 340.

Между тем и преосвященный Нерсес с своей стороны прислал для содействия по сему делу епископа Стефана и архимандрита Николая, коих хотя я и снабдил открытыми предписаниями ко всем отрядным начальникам об оказании им возможных пособий, но от сих начальников о действиях их не имею никаких сведений, а по донесениям Лазарева видно, что внушения сих духовных не сделали большого влияния на переселенцев.

За всем тем, несмотря на все противудействия персиан, переход христиан из Адербижана в наши области, как то видно из последне полученных мною донесений, производится успешно и ныне водворено уже на жительстве в Карабаге 279 и в Ериванской области 948 семейств, число же всех переселенцев по заверению полк. Лазарева будет простираться более 5000 семей.

В предприятии сем способствовали много:

1. Притеснительное правление персидское, отягощавшее христиан и налогами и несправедливостями деякого рода.

2. Пребывание в Адербижане войск наших, под покровительством коих переселенцы могли подниматься с места и следовать до нашей границы, не опасаясь ни грабежей, ни насилия.

3. Всемилостивейше пожалованная сим людям денежная ссуда, с пособием коей могли они купить или нанять вьючный скот и поднять хотя часть своих пожитков и семейства, и наконец.

4. Отличное усердие полк. Лазарева, подполк. кн. Аргутинского, чиновников им приданных в пособие и даже посторонних офицеров, примером сего служат г. г. офицеры Кабардинского пехотного и казачьего полк. Шамшева полков, которые при следовании переселенцев чрез горы в самую холодную и ненастную погоду, как доносит мне о том г. полк. Лазарев, все дали собственных своих верховых лошадей под их семейства, а сами шли пешком на всем сем трудном переходе. Лазарев уверяет притом, что всякие издержки, каковые только казна употребит ныне для поддержания переселяющихся армян, всегда будут возвращены ей с избытком, ибо кроме преданности к русским, которая доказана на опыте, они известны своим неутомимым трудолюбием.

При всем таковом успехе в переселении христиан и при очевидной пользе, которую они принести могут, не могу я однако же не предвидеть дальнейших затруднений и значительных издержек, которых нельзя избежать при их водворении, ибо переселенцев должно продовольствовать «а счет казны, не только до урожая настоящего года, но и будущего, а также снабдить семенами на посев хлеба, в чем я крайне затрудняюсь по следующим причинам: 1) Ериванская и Нахичеванская провинции, куда переселенцы назначаются, быв истощены прошедшею войною, не имеют достаточных запасов хлеба, 2) всякий излишек оного обращен для войск, обеспечение коих в продовольствии составляет главный предмет моего внимания, 3) Война с Турциею препятствует сделать закупку хлеба в соседственных пашалыках, оным изобилующих, и 4) персияне так же неохотно позволяют покупать хлеб в областях, им принадлежающих; и потому, хотя я принял все зависящие от меня меры к предохранению переселяющихся христиан от голода, и даже предписал строго полк. Лазареву, дабы он отнюдь не трогал с места тех, которые не могут взять с собою хлеба до новой жатвы, т. е. по 1 июля, ибо гораздо лучше сих христиан оставить вовсе в Персии, нежели подвергать их бедствиям голода в областях наших, за всем тем не могу я ручаться дабы продовольствие всех переселенцев могло быть обеспечено совершенно до тех пор, пока они будут в состоянии прокормиться собственными своими посевами и весьма предвижу, что вообще на вспомощение им должно будет употребить значительные издержки, хотя впрочем я никак не полагаю выступить из высочайше назначенной на сей предмет суммы.

О всем вышеизъясненном обязанностию почитаю довести до сведения вашего сиятельства.

Генерал-адъютант граф Паскевич Эриванский

ЦГВИА, ф. ВУА, д. 978, лл. 22-26. Подлинник.

Enter.News приводит цитаты из книги одного из самых жестоких идеологов армянского фашизма Зория Балаяна “Возрождение души нашей”, в котором он открыто пишет о совершенном 26 февраля 1992 года геноциде в Ходжалы:

“Когда мы с Хачатуром вошли в один из захваченных домов, наши солдаты прибили гвоздями одного 13-летнего турка к окну.Чтобы ребёнок не кричал, Хачатур засунул ему в рот отрезанную грудь его матери. Затем я содрал кожу 13-летнего турка на животе, голове и груди. Я посмотрел на часы, через 7 минут ребёнок умер от боли и потери крови. Мой дух был переполнен радостью. Затем Хачатур расчленил труп убитого ребёнка и бросил его собакам, которые одних корней с ним. Вечером мы сделали то же самое ещё с 3 детьми турков. Я выполнил свой долг, как человек, любящий армян. Я знал,что каждый армянин будет гордиться нашими действиями”.

Другой армянский автор, писатель-журналист Давид Хердиян, проживающий в настоящее время в Ливане, с гордостью напоминает о зверствах, совершенных армянами по отношению к азербайджанцам в Ходжалы, в своей книге “Во имя креста”:

“Чтобы пройти рано утром через болото близ местечка, именуемого Дашбулаг, мы протянули по болоту своего рода мост, “сконструированный” из человеческих тел. Когда я отказался идти по бездыханным человеческим телам, подполковник по фамилии Оганян приказал мне не бояться. Я подчинился приказу командира и был вынужден наступить на грудь 9-10-летней девочки, чтобы пройти болото. Обувь и брюки были перепачканы кровью. Так я прошёл по 1200 трупам”.

“2 марта армянская группа Гафлан (занимавшаяся сожжением трупов) собрала около 2000 трупов монголов (тюрков) и сожгла их отдельными кучами в километре к западу от Ходжалы. В последнем грузовике я увидел 10-летнюю девочку, раненую в голову и руки. Пригляделся повнимательнее и увидел, что она тихонько дышала.Несмотря на мороз, голод и полученные раны, ребёнок был ещё жив. Я никогда не забуду глаза этого ребенка, борющегося со смертью! Потом один из солдат по фамилии Тигранян взял её за уши и поволок к куче, уже облитой мазутом. Затем их подожгли. И тут я услышал, как в этом массиве кто-то кричит, прося о помощи”. вот тебе письменные доказательства

Серж Саргсян:ТЕРРОРИСТЬ.«До Ходжалы азербайджанцы думали, что с нами можно шутки шутить, они думали,что армяне не способны поднять руку на гражданское население. Мы сумели сломатьэтот стереотип».

Серж Саргсян:ТЕРРОРИСТЬ.«До Ходжалы азербайджанцы думали, что с нами можно шутки шутить, они думали,что армяне не способны поднять руку на гражданское население. Мы сумели сломатьэтот стереотип».

Серж Саргсян:ТЕРРОРИСТЬ.«До Ходжалы азербайджанцы думали, что с нами можно шутки шутить, они думали,что армяне не способны поднять руку на гражданское население. Мы сумели сломатьэтот стереотип».

Читай малхазян. Твоя фамилия о тебе говорит ” мал” по турецкий животный.

Читай малхазян. Твоя фамилия о тебе говорит ” мал” по турецкий животный.