Академик Юрий Помпеев: живые содрогнулись, узрев мертвых ходжалинцев. ИНТЕРВЬЮ

Вместе с другими литераторами я бывал в «горячих точках», но наиболее внимательно следил за событиями на Южном Кавказе, особенно пристально – за азербайджанским Карабахом, – сказал в интервью Bakililar.AZ Юрий Помпеев.

Юрий Помпеев – человек, не нуждающийся в представлении. Именно он – журналист, публицист, академик, человек с непредвзятым мышлением и независимым взглядом был одним из первых российских журналистов, описавших ужасы совершенных армянами зверств над мирными жителями Азербайджана. Его книги о Карабахском конфликте переведены на многие языки мира. Юрий Помпеев любезно согласился ответить на вопросы Bakililar.AZ.

– Юрий Александрович, Вы издали свою книгу «Кровавый омут Карабаха» в 1992 году, спустя несколько месяцев после Ходжалинского геноцида. Думаю, не ошибусь, если скажу, что Вы были одним из немногих российских журналистов, придерживавшихся непредвзятого подхода к карабахскому конфликту в те непростые дни. Вам удалось, что называется, пробить информационную блокаду и рассказать правду о событиях в Карабахе. Скажите, что подвигло Вас заниматься изучением карабахского вопроса?

– Нелегко погружать себя в события 18-летней давности, но масштаб и зловещность Апокалипсиса в Ходжалы подобны смрадному затмению человеческого разума и нуждаются в аналитике, несмотря на спазмы в горле и груди.

Начну с того, что я был тогда и остаюсь сейчас евразийцем в Гумилёвском понимании этого термина, то есть приверженцем славяно-тюркского единения, спасительного для России. И когда Зорий Балаян в «Очаге» выплеснул злобную националистическую волну, направленную прежде всего против тюркского мира, стало понятно, что вполне возможен путь омерзительно-катастрофического распада страны.

Вскоре стала раскручиваться пружина армянского террора против азербайджанцев и взаимных этнических чисток по схеме, бесстыдно объявленной в одной из статей Г.В. Старовойтовой о национальном самоопределении:
«1. Ощущение угрозы. 2. Народное сопротивление. 3. Конфликт становится фактом общественного сознания. 4. На первый план выходит идея автономии. 5. Поиск признания за рубежом. 6. Война законов. 7. Центральное правительство использует принуждение. 8. Радикализация сторон. 9. Экономическая блокада. 10. Стороны берутся за оружие. 11. Война объявлена. 12. Полномасштабный вооруженный конфликт».

Это был беспощадный кровавый замысел не только по узурпации азербайджанских земель в Нагорном Карабахе и вокруг него, но и по развалу «одной шестой». На возрождающееся в Азербайджане государство оказались наброшены карабахские кандалы.

В ленинградской писательской организации в начале 1988 года возникла комиссия по межнациональным проблемам, которую мне выпала честь возглавлять. Добрые отношения поддерживал я и с Президентом Русского Географического общества профессором С.Б. Лавровым. Так что особого одиночества в общественных кругах я тогда не испытывал, хотя и понимал, что «Рубик Всемогущий» (этот сатирический термин возник, по-моему, в прошлом году) воплощает принцип дашнакского идейного национал-шовинизма: «Я – сначала армянин, а потом уже писатель, прокурор!» (или любое должностное лицо – неважно).

Вместе с другими литераторами я бывал в «горячих точках», но наиболее внимательно следил за событиями на Южном Кавказе, особенно пристально – за азербайджанским Карабахом.

Беспристрастные историки конфликта расскажут со временем, как били стекла в домах людей, не соглашавшихся выходить на демонстрации, как в газете «Советский Карабах» под рубрикой «предатели» публиковались списки армян, решивших уехать из города. Как среди бела дня отступников от «великой борьбы за воссоединение с Арменией» избивали, либо – устраняли на глазах свидетелей, чтоб другим неповадно было.

Карабахский вопрос, как Вы выражаетесь, стал для меня повседневной болью, которая с каждым зигзагом обострялась. За книжное повествование я принялся в февральские дни 1992 года, когда 25–27 февраля произошла трагедия, перед которой померкли кошмары средневековья. В древнем азербайджанском поселении Ходжалы пострадали тысячи мирных жителей, в том числе женщины, дети, старики. Армянские боевики вели себя так, словно на азартной охоте. Страшной смерти были преданы и турки-месхетинцы, беженцы из Ферганской долины, – те несчастные, которые, миновав все круги ада, казалось бы, нашли приют на земле Азербайджана. Их вина заключалась только в одном: они были тюрками.
До моей питерской обители доходили свидетельства очевидцев.

Петр Люкимсон, израильский публицист, писал в газете «Курьер»: «Никто даже не потрудился закопать трупы ходжалинцев, чтобы скрыть это чудовищное преступление, – их тела были просто разбросаны по горам, и с высоты птичьего полета взору журналистов открылась страшная, поистине сюрреалистическая картина».

Изувеченные трупы самосвалами свозили к мечети в Агдам. Те, кто их обмывал и оплакивал, уже привыкли к виду смерти. Но живые содрогнулись, узрев мертвых ходжалинцев. Казалось, что трупы были перепаханы гусеницами танков и бронемашин. Последний миг этих людей был поистине страшным. Они умерли в муках, с которыми могли, быть может, сравниться страдания распятого Иисуса Христа.

Бесстрашный стрингер Юрий Романов, оказавшийся 27 февраля 1992 г. вместе с оператором Чингизом Мустафаевым на поле, усеянном изуродованными трупами ходжалинцев, запомнил в санитарном поезде крови и слез девочку лет шести с перевязанной головой. Он вспоминал: «Повязка полностью закрывает ей оба глаза. Не выключая камеры, я наклоняюсь к ней: “Что с тобой, милая?” Слышу в ответ: “Глазки горят… Глазки у меня горят… Дядя! Глазки у меня горят!!!” Врач трогает меня за плечо: “Слепая она. У нее глаза выжжены окурками… Когда ее привезли к нам, из глаз торчали окурки”…».
Такие съемки даром не проходят: утром Романов обнаружил на висках неизбывную седину.

Сегодняшние юзеры армянских сайтов пишут по поводу ходжалинской резни и расправы над беззащитными людьми: «Подумаешь, убили турков и азеров. Правильно сделали! Что, надо было смотреть, как армян убивают? Наши фидаи со времен Андраника до Монте неплохо этих животных резали».

Начинаешь задумываться: может быть, прав в своем сумрачном прогнозе сегодняшний Ньютон, кембриджский профессор Стивен Хокинг: «Человечество погибнет в ближайшие сто лет». Разве заслуживают вселенского бытия так рассуждающие представители рода homo sapiens?

Ясно одно: нацистский бред не будет изжит, пока не осуждены его творцы, – не только фашиствовавшие дашнаки Андранинк Озанян или Гарегин Тер-Арутюнян (Нжде), но и «герои Арцаха» Монте Мелконян, Сержик Саркисян и т.п.

– К сожалению, и сегодня, спустя много лет после оккупации армянами Карабаха, мы, азербайджанцы, наблюдаем зачастую откровенно проармянскую позицию при освещении карабахского конфликта российскими СМИ. Чем, по-Вашему, это объясняется?

– Психологически это можно объяснить очарованием зла – есть такое явление. Средства же массовой информации подвержены подкупу, шантажу и прочим удовольствиям со стороны, бесспорно, великой диаспоры. Есть и пресловутая иерархия народов, которой придерживаются слабо образованные журналисты, не представляющие, что такое историческое время, судьба России, патриотизм.

Большего осуждения, как мне представляется, заслуживают сегодня те литераторы и политологи, которые исповедуют позицию «ни нашим, ни вашим», покрывая, таким образом, армянскую агрессию и злодеяния. Известно ведь давнее предупреждение: бойся равнодушных.

– Возможно, это объясняется общностью религии, которую армяне всегда использовали как орудие в борьбе с азербайджанцами и получении помощи от России, в том числе царской России. Всем хорошо известно участие армянской церкви в разжигании карабахского конфликта, известны и высказывания католикоса всех армян в 1988 году, подстегивавшего разъяренных армян к противостоянию с азербайджанцами. Разве в этом предназначение духовных деятелей? По идее, духовность призвана объединять, а не сталкивать народы…

– По моим понятиям, национальное сознание сохраняется с большей страстностью и бережливостью, чем религиозное единомыслие. Кроме того, высочайшая внутренняя солидарность основана не на этнической, как в примитивных землячествах, а, скорее, на этической близости.

Что касается армянской церкви, то она объединяет два начала – и племенную принадлежность (поскольку это церковь всех армян) и, естественно, единомыслие. Ошибаются те из моих соотечественников, которые относят армянскую церковь к православию. Это – инославная вера. Ее исповедники и поступают инославно, проводя политику изоляционизма и межнационального раздора. Я писал о выступлении католикоса всех армян 25 февраля 1988 года, накануне погромов в Сумгайыте. Но Всевышний, как известно, правду знает, да не скоро скажет. И всё же, Бог не в силе, а в Правде.

– Вы, как очевидец кровавых событий в Карабахе, человек, беседовавший с беженцами, изучавший карабахский конфликт, пристально наблюдающий за событиями в нашем непростом регионе, скажите, кому нужен был этот конфликт? Ведь теперь совершенно очевидно, что армянский народ только проиграл от оккупации земель Азербайджана, народ влачит тяжелое существование, зато идеологи войны в Карабахе, как Зорий Балаян, разъезжают по миру, живут в богатстве, получая всевозможные дивиденды от своей известности, обретенной благодаря разжиганию межнациональной розни; участники карабахского конфликта возглавляют руководство Армении, имею ввиду Сержа Саркисяна и Сейрана Оганяна. Выходит, на народе, его чувствах, банально нажились?

– На главный вопрос – Qui prodest? – я подробно ответил в только что вышедшей в московском издательстве «Канон+» книге «Карабахский дневник». Думаю, что в Ваших рассуждениях есть доля истины, хотя власть самоопределившихся в нынешнем Ереване бывших карабахцев, хорошо знавших не только азербайджанский язык, но и тюркскую доверчивость, гостеприимство, эта власть именуется в сегодняшней Армении «порочной, унизительной, криминальной, не делающей чести нашему народу». Это цитата принадлежит Левону Тер-Петросяну. Армения расколота по главному карабахскому вопросу: за нынешнюю власть голосует одна из половин всё еще не прозревшего, обманутого населения. Полагаю, что одним из дивидендов своей изуверской известности должно стать неминуемое участие упомянутых Вами лиц в качестве подсудимых на международном процессе по ходжалинскому геноциду. Не исключая, видимо, и господина Зория Балаяна: он – основной игрок, номенклатурный интеллигент, кавалер высшей награды. Ему и ответ держать.

– Как Вы полагаете, насколько реально мирное урегулирование карабахского конфликта, учитывая тот факт, что у руля страны-оккупанта находится человек, чьи руки в крови мирных азербайджанцев? И в чем, по-вашему, может заключаться компромисс в карабахском урегулировании?

– Компромисс, на мой непросвещенный взгляд, возможен только после прекращения оккупации азербайджанских земель и возвращения на эти запущенные земли беженцев и вынужденных переселенцев. Компромисс должен привести к восстановлению древнесоседского доверия между двумя народами. Демонтаж военно-криминальной системы власти в Ереване – дело самого армянского народа, его здравомыслящей части.

Мир возможен при условии искреннего покаяния палачей. Остальное – за простыми людьми. Они смогут в перспективе восстановить уважение друг к другу. Особенно – молодежь.

– Юрий Александрович, Вы проводили выставки, организовывали встречи, посвященные донесению правды о карабахском конфликте в Москве и Санкт-Петербурге, активно участвуете в кампании «Справедливость Ходжалам», проводимой главой российского представительства Фонда Гейдара Алиева Лейлой Алиевой. Скажите, армянская диаспора, широко представленная в России, никогда не пыталась «изменить Вашу точку зрения»? И каково отношение армян к Вашему участию в подобных мероприятиях?

– Вы знаете, в самой первой рецензии на «Кровавый омут Карабаха» в одном из армянских изданий подчеркивалось, что автор, конечно, дебил, он «двух-трех умных связных мыслей выразить не умеет». Но книга, на их взгляд, «оставляет впечатление вполне энциклопедического издания, на подготовку и выпуск которого работали целые научно-исследовательские коллективы». Я же, как Вы понимаете, работал один и выпускал книгу за свой счет, обложку готовил мой сын. Представление книги прошло на фото-публицистической выставке в Союзе художников Санкт-Петербурга «Правда о войне в Карабахе». На той выставке впервые демонстрировались доказательства геноцида азербайджанцев, и не только в Ходжалы. Выставку 5 сентября 1992 года открывал г-н В.С. Ягья, тогдашний зам. председателя Комитета по внешним связям мэрии Санкт-Петербурга. Напомню, что главой Комитета по внешним связям был тогда В.В. Путин.

Взгляды мои всерьез никто изменить не пытался. Не считать же за истину голословное утверждение, что «тюрки, мол, не созидатели, будущего у России с ними быть не может». Тем более, что нынешний Азербайджан, куда я попал после 15-летнего перерыва летом 2009 года, по приглашению Фонда Гейдара Алиева, показывает свою созидательную мощь и в экономике, и в государственном строительстве, и в образовании… Что же касается Армении, то в народных низах России сформировалось мнение, что «от Армении, кроме головной боли и протянутых рук, мы ничего не видим». И это – правда…

Правда и то, что после выхода книги «Кровавый омут Карабаха», по материалам одной из газетных питерских рецензий, в начале 1993 года я был приглашен в прокуратуру Санкт-Петербурга, но обвинения в разжигании межнациональной розни тогда не последовало… Чего я наслушался за последние годы, так это Интернетовской брани, – как результат внимания к моим работам, размещенным на многих сайтах. Самый распространенный укор: «Вы – враг России и Армении. Ваши контакты с азерами в верхах РФ не нравятся». Отрадно, что критик мой близок к верхам РФ, раз от их имени предупреждает.

– Мне бы хотелось затронуть вопрос появления армян в Карабахе. Исторические факты свидетельствуют о том, что армяне были заселены в Карабах в XIX веке, армяне же утверждают о своей автохтонности на этих территориях. «Мы немало рассуждали о внушениях, которые должно делать мусульманам, чтобы помирить их с нынешним их отягощением, которое не будет долговременно, и искоренить из них опасение насчет того, что армяне завладеют навсегда землями, куда их на первый раз пустили. В том же смысле говорено мною и полицмейстеру, членам правления и ханам, которые у меня здесь были…», – писал Грибоедов в 1823 году.

– Я не раз цитировал эту записку, обнародованную мной в печати еще в 1990 году. Мне ближе сегодня мнение об азербайджанцах, высказанное прекрасным армянским писателем Грантом Матевосяном, устами одного из своих героев: «Азербайджанцы – хороший народ, хлеб у них добрый, и сами на язык бойкие, молодцы. И ведь древний народ. Эта земля, по которой ступаем, ихняя. Я удивляюсь, как это они пустили нас в свои горы». Матевосян подтверждает слова Грибоедова.

– Ваши пожелания Bakililar.AZ

– Объективно информировать мир о конкурентно способной демократии в Азербайджане, о всех сторонах вашей бурно текущей жизни, не выдавая желаемое за действительное. Ни в коем случае не поддаваться на провокации.

– Спасибо за интервью.

– И я благодарю Вас за искренний интерес к моей работе, за публикацию в 2009 году глав книги «Кровавый омут Карабаха» на сайте вашего информационного ресурса.

P.S.

«Пришедшего в гости приняли, накормили и напоили, дали ночлег. Наглый гость начал хвалить всё подряд, зная местный обычай: всё, что нравится пришельцу, то принадлежит ему: это закон. Гостю дали много подарков, но перед уходом попросили снять сапоги и стряхнуть с них землю. «Земля у нас одна, – говорят в Азербайджане, – и ее мы в дар не даем» – древняя притча, приведенная в книге Юрия Помпеева «Кровавый омут Карабаха».

Subscribe
Уведомить о
0 Comments
Inline Feedbacks
View all comments