Павел Фельгенгауэр: сейчас война закончена

По мнению известного российского военного эксперта, если армяне начнут сейчас воевать, то их разобьют.

В Азербайджан прибыла вторая группа пиротехников МЧС России для участия в операциях по разминированию освобожденных территорий в Нагорном Карабахе. Ранее Международный противотанковый центр Минобороны РФ перебросил специальную технику, в числе которой многофункциональные робототехнические комплексы разминирования «Уран-6». Российские специалисты работают совместно с азербайджанскими военными. Однако скорость разминирования освобожденных территорий остается низкой из-за отказа проигравшей стороны во Второй Карабахской войне Армении передачи карт минных полей.

Как передает AZE.az, известный военный эксперт Павел Фельгенгауэр в интервью haqqin.az сказал, что Армения, вероятно, в обмен на информацию о минных полях, хотела бы получить своих солдат, задержанных в Азербайджане.

– Павел Евгеньевич, насколько сложной, на ваш взгляд, остается ситуация в Нагорном Карабахе, территории которого почти на 80% остаются заминированы? На помощь Азербайджану пришла Россия. Как вы считаете, нужны ли международные усилия, чтобы избавить страну от этого наследия?

– Азербайджан может сам справиться с разминирование полей. Есть отработанные методики. Массовое разминирование неоднократно проводилось в разных частях света. Просто это очень долго. Есть международные организации, которые проводят разминирование в разных странах мира. Покойная принцесса Диана поддерживала кампанию по разминированию территорий в Африке, Афганистане и других странах. Она призывала к остановке производства противопехотных мин, от которых гибнет мирное население. Мины не щадят никого, ни женщин, ни детей, ни стариков. Минам все равно. Опыт разминирования есть у России. Россия – «минная» страна.

После смерти принцессы Дианы 122 страны подписали Оттавcкий договор – конвенцию, запрещающую использование, производство, хранение и перевозку противопехотных мин. То есть те страны, которые находятся далеко от военного театра действий. А Россия, США, Израиль, Индия, Пакистан, Китай, Турция, Иран эту конвенцию не подписывали. Не подписывал эту конвенцию по понятным причинам и Азербайджан с Арменией.

Потом, не понятно, как в Карабахе установлены мины. Есть так называемые организованные минные поля. Такие поля должны обслуживаться.

– Что это значит?

– Это значит, что на каждое действующее «хорошее» минное поле выходят несколько раз в год саперы. Проверяют его, меняют старые мины на новые. То есть минное поле поддерживается в рабочем состоянии, если это постоянное минное поле. Я такие видел на Голанских высотах, где проходит линия обороны Израиля. Командир бригады мне объяснял, где и какие мины заложены. Это обслуживаемые минные поля.

А есть дикие минные поля, которые когда-то были кем-то установлены, их отгородили колючей проволокой и бросили. Что там может взрываться, что не может взорваться, где точно установлена мина уже не понятно.

На тех же Голанских высотах есть сирийские минные поля. Со стороны Галилейского моря есть крутой подъем, где и была сирийская линия обороны, которую взяли в 1967 году израильтяне. Там они проложили несколько дорог, а остальную территорию бросили. Не стали туда лезть. Просто отгородили и оставили. Что там, никто не знает. Это дикое минное поле, оно гораздо опаснее, чем культурное обслуживаемое.

В Карабахе таких необслуживаемых полей, в разной степени дикости, много. Возможно, что во многих случаях, нет и точных карт. И поскольку конфликт был длительный, то кто и что там ставил, теперь уже трудно понять.

Я так полагаю, что армянская сторона хотела бы в обмен на информацию о минных полях получить своих пленных. Ереван сейчас этот вопрос волнует больше всего, особенно с политической точки зрения – в Армении объявлены досрочные выборы в парламент…

С другой стороны не понятно, насколько информация о минных полях в Карабахе актуальна. Там есть разные минные поля, установленные обеими сторонами, в разных местах, плюс там есть системы дистанционного минирования. Не знаю, применялись они там или нет, но это были советские системы. Это когда земля засевается минами с системы «Град». Так в свое время пострадал полевой командир Чечни Шамиль Басаев. Ему оторвало ногу. Он с отрядом шел через поле, а оно оказалось заминированным.

– Значит все же карты нужны?

– Дело в том, что у современных мин есть система самоуничтожения. Через какое-то время, если их не трогать, они сами уничтожаются и все будет замечательно. Но есть взрывоопасные предметы, которые могли остаться, неразорвавшиеся снаряды и другие боеприпасы меньшего калибра. Поэтому да, конечно, карты минных полей – это важно, но насколько они полностью актуальны в данном конкретном случае, непонятно.

Надо подходить к тому, что минная угроза есть почти на всей территории Карабаха. Поэтому должна проводиться очень тщательная и очень массовая кампания разминирования. Но если карты предоставлены не будут и Армения участия не примет, то Азербайджану, в любом случае, придется разминировать территории. Хотя лучше проводить такие действия совместно. Но, в принципе, вопрос минной опасности решаемый. Но сейчас он приобрел политическое значение между Азербайджаном и Арменией. Тем не менее решать его придется.

– Каким образом технически провести разминирование таких больших территорий. По данным азербайджанской стороны, заминированными остаются 80-85% территорий.

– Нужно начать работать. Дело в том, что советские мины, которые использовались в оккупированных районах, обнаруживаются современными средствами разминирования. Это не высшая математика, простая техника, ничего сверхъестественного. Если это поле с противопехотными минами, то можно танк с тралом пустить. Если смешанное поле – противотанковые и противопехотные – то в этом случае танк уже не получится применить. Есть другие методы.

– Есть мнение, что если армянская сторона не предоставляет карты минных полей, то война для нее не закончена. Как вы считаете?

– Сейчас война закончена. Но, в принципе, в Армении считают, что нынешняя линия неправильная. И в целом, результаты войны в Армении не признаются общественным сознанием, это очевидный факт.

– Может ли Армения отыграть свое поражение?

– Нет, конечно. Если только втянуть в войну Россию. Если они начнут сейчас воевать, то их разобьют окончательно в пух и прах. Во всяком случае, те территории, которые остались под армянским контролем будут потеряны.

– А как вы оцениваете армянскую армию, она боеспособна?

– Армия Армении более-менее боеспособна. Воевать, они воевали все 44 дня. Понесли большие потери, сравнимые, наверное, с потерями Израиля во всех войнах, со дня основания государства. Значит, воевали упорно. Другое дело, что у армянской армии нет современного вооружения. Проблема с подготовкой как офицерского состава, так и солдат, и общей идеологией построения боевых дел. А не то, что армяне плохие солдаты. Солдаты нормальные. Начальство подкачало и главное, подкачало непониманием того, как надо вести современную войну.

– Это вина премьер-министра Никола Пашиняна или его предшественников? Его сторонники указывают, что ему в наследство досталась такая армия.

– Конечно, это вина Пашиняна. Он был руководителем страны, а значит, он отвечает за все происходящее. Какие у него при этом были надежды и намерения, это другая история. Но это не значит, что его нужно судить и посадить в тюрьму, как того многие хотят.

Но ему надо принять ответственность, а значит, уйти в отставку. Так принято в демократическом обществе. Но Пашинян в отставку не собирается. Как руководитель страны он отвечает за все и за всех. Если он принимает конечное решение, то он не может ссылаться на то, что ему кто-то не так доложил о ситуации на фронте. Это он виноват, что не распознал, что ему неправильно докладывают. Так принято в мировой демократической практике.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ