Российский эксперт: политика Сержа Саргсяна останется прежней

В Армении часть общества недовольна тем, что экс-президент Серж Саргсян пересел в кресло премьер-министра. В то же время власть понимает, что любая серьезная провокация, кровь, приведет к действительно массовым выступлениям.

Как передает AZE.az, доцент кафедры стран постсоветского зарубежья Российского государственного гуманитарного университета, эксперт Российского совета по международным делам Александр Гущин в интервью «Москва-Баку» рассказал, какой будет политика Сержа Саргсяна на посту премьер-министра Армении и стоит ли ждать серьезных последствий от акций протестов оппозиции в Ереване.

– Александр Владимирович, Серж Саргсян стал премьер-министром Армении, таким образом продолжив свое пребывание у власти. Избрание прошло на фоне серьезных акций протеста оппозиции, объявленных «бархатной революцией», митингующие пытались воспрепятствовать новому приходу к власти Саргсяна, но ей это не удалось. Как бы вы оценили эти события?

– Протесты в Армении я бы пока не называл революцией. В России сразу же стали проводить параллели между событиями в Армении и украинским Майданом, говорить, что во всем виноваты США. По моему мнению, это сравнение неуместно, поскольку в Армении своя специфика. И волнения основываются на неудовлетворенности общественностью прежде всего внутренней политикой. Хотя я не исключаю, что внешний фактор здесь также может присутствовать и способствует раскачиванию ситуации. Но этот фактор не является определяющим.

В политической системе Армении традиция протестов сформировалась c 1990-х годов. Это массовые беспорядки после президентских выборов в 2008 году, захват полка патрульно-постовой службы в 2016 году, Электромайдан. Очень часто столкновения были связаны и с обострениями на линии соприкосновения между ВС Армении и Азербайджана. Карабахский вопрос остается важнейшей внутриполитической повесткой в Армении.

Нынешние протесты пока не перелились в глобально массовые. Органы правопорядка ведут себя достаточно сдержанно, не провоцируют. Власть понимает, что любая серьезная провокация, кровь, приведет к действительно массовым выступлениям. Власти важно не получить жертв. Не дать поводов для того, чтобы неосторожные шаги использовались против нее.

Во время референдума 2015 года по внесению изменений в Конституцию, согласно которым одним из пунктов стал переход страны к парламентской системе правления, а значит, перераспределение полномочий в сторону премьера, оппозиция не смогла выступить реальным оппонентом власти. Отмечу, что в ходе предвыборной кампании республиканцы подчеркивали то, что Серж Саргсян не будет выдвигаться на пост премьера в 2018 году.

А в результате все вышло наоборот. И это стало серьезной проблемой. И оппозиция решила выйти на улицы. Акции протеста еще раз стали свидетельством того, что народ недоволен такими сохраняющимися тенденциями в стране, как кумовство, коррупция, тенденция несменяемости власти. И это рано или поздно провоцирует раскол между элитой Армении.

А если не раскол, то определенные противоречия, особенно если это связано с тем, что экономическая ситуация в стране все время ухудшается. Кроме того, чувствуется, что армянское общество испытывает накопившуюся моральную усталость и депрессию от сложившейся в стране ситуации.

Такая попытка Саргсяна встать у руля страны в третий раз – очень спорная. Протестующие, особенно молодые люди, не видят долгосрочного развития Армении при Саргсяне, они не чувствуют, что по сути его третий срок может дать какой-то импульс развитию страны. Кроме того, у самого Саргсяна нет желания исправить сложившееся состояние моральной усталости в обществе.

Более того, в Армении в принципе на сегодняшний день сложно с сильными лидерами. Возьмем оппозицию. Никол Пашинян, возглавивший протестное движение, вряд ли реально может стать национальным лидером. Протестующие сейчас призывают к борьбе с коррупцией, отстранением от власти Саргсяна. Посмотрите, вот допустим Саргсяна вдруг отстранили от власти. Но среди лидеров оппозиции нет достойных, тех, которые предложили бы реально новую политику.

– Саргсян на заседании Национального совета перед избранием его премьер-министром выступил с речью, которая по сути стала программой его политики на предстоящие годы. Ранее также Саргсян дал интервью «Известиям», в котором также обозначил внутри- и внешнеполитические приоритеты Армении. Как вы считаете, какой будет политика Армении при Серже Саргсяне-премьере?

– Полагаю, что политика никак не изменится. Во внешней политике Серж Саргсян обозначил многовекторность, политику лавирования. Евразийский союз останется для Армении приоритетом, но при этом Саргсян сделает ставку на развитие и укрепление отношений с Западом. Мы видели, какие усилия предпринимал Европейский Союз для развития отношений с Арменией. Глава дипломатии ЕС Федерика Могерини и другие ответственные лица европейской дипломатии посетили Армению.

Что касается внутренней политики, как я уже отметил, не чувствуется желание Саргсяна решать внутренние проблемы, которые и привели к протестам в их нынешнем виде. На мой взгляд, для страны назрела необходимость более широкого вовлечения в правительство оппозиции, с которой стоило бы начать выстраивать диалог. Без этого в перспективе политические успехи невозможны. И если на этот аспект закрыть глаза, следующий этап беспорядков может быть более серьезным.

Саргсян в своей речи обратил внимание на наращивание обороноспособности страны. Это будет одним из приоритетов для Армении в связи с нагорно-карабахским конфликтом. Вопрос перевооружения, военно-технического сотрудничества, в частности с Россией, актуален для Армении, тем более, учитывая фактор ограниченности страны в средствах.

Саргсян констатирует проблемы с демографией. Но я не вижу конкретных предложений для решения проблемы. Если демографическая политика будет основана просто на какой-то открытости в сторону Европы, это не рецепт. Вернуть эмигрантов можно, но для этого нужно создать рабочие места, нужна активная работу по созданию благоприятных условий для малого бизнеса.

Важно ослабить политический нажим, убрать коррупционную составляющую, ввести определенные послабления в налоговое законодательство. Все это упирается в проблемы внутриполитического характера, проблемы окукленной персонифицированной системы, существующей сегодня. Я очень сомневаюсь, если «нынешняя-прежняя» власть будет руководствоваться теми же практиками, которым следовала последние годы, что у нее получится решить эту проблему.

Саргсян и его окружение должны понять, что настало время более широкого общественного диалога, и не проcто консервации системы, но ее видоизменение, в том числе и путем отказа от каких-то традиционных форм политических практик.

Насколько практика Саргсяна будет отличаться от риторики, посмотрим. Но пока никаких индикаторов того, что он будет решать те проблемы, которые накопились у власти, пока не просматриваются.

– Насколько возможны подвижки в сторону урегулирования нагорно-карабахского конфликта при Саргсяне-премьере?

– При Саргсяне каких-то подвижек в нагорно-карабахском вопросе ждать не приходится. Но дело не только в нем. Есть несколько уровней этой проблемы. Это внутриполитический уровень – внутренняя ситуация в Армении. Двусторонний уровень. И есть уровень внешнеполитический – переговорный процесс по нагорно-карабахскому урегулированию с учетом позиций великих держав-гарантов и международной ситуации в целом. Разрешить нагорно-карабахский конфликт можно будет только тогда, когда все эти три уровня сложатся. Пока этого нет и не просматривается.

При этом я не думаю, что Азербайджан в случае сохранения статус-кво захочет силой возвращать земли. Применение силы так или иначе связано с позицией и реакцией внешних игроков. Cобытия 2016 года показали, что армия Азербайджана серьезно укрепилась, прежде всего в компонентах ведения современной войны – это радиоэлектронная разведка, дроны, использование новых технологий в ходе боевых действий.

Всем стало понятно, что это уже не та армия, которая была 10-15 лет назад. Это армия, которая может решать серьезные задачи. Но в Азербайджане понимают, что любая операция будет сопряжена с большими жертвами.

Потом для Азербайджана важны отношения с Россией и другими странами-членами ЕАЭС. Решения о силовом возвращении земель, как бы ни хотелось, не получится принять односторонне. В любом случае, такое решение несет серьезный риск и для Азербайджана.

– Новый президент Армении Армен Саркисян – бывший посол Великобритании. Есть риск возникновения каких-то сложностей в понимании между новым президентом и новоиспеченным премьером?

– Пост президента в данном случае будет представительским. Думаю, что прозападный настрой Cаркисяна, его знакомство с западной политической элитой может отчасти в позитив сыграть Армении в ее желании расширения контактов с Западом. Саркисян скорее всего сыграет роль «нетоксичной» фигуры – будет предпринимать различные лоббистские усилия, работать над имиджевыми вещами.

Но с точки зрения реального управления внешнеполитическим процессом и тем более внутриполитическим, не думаю, что Серж Саргсян, став премьер-министром, выпустит из рук блок, связанный с реальными полномочиями.

– А насколько это «западное» прошлое Армена Саркисяна и общение с армянской диаспорой на Западе может стать в руках президента инструментом влияния на политику страны. Мы знаем, что диаспора имеет серьезное влияние на политические процессы в Армении…

– Роль диаспоры действительно достаточно велика. Но не надо и преувеличивать это влияние. Говорить, что диаспора может решить внутриполитические, экономические проблемы, не стоит.

1 КОММЕНТАРИЙ

  1. А на какого политические изменение способен этот сантехник ?)) Если страна управляется с Кремля ..если вся экономика страны находится в руках России ..если вся военная стратегия управляется Российской армии … если страна в буквальном смысле живет за счет подачки то о каком политическом изменение можна говорить ?? Загнанная в тупик стране суждено только одно -изоляция и все …..