Война в Карабахе зафиксировала победу одних и поражение других

По мнению российского эксперта, возможно, лет через 50 станет известно, что Москва и Анкара давно прорабатывали такой вариант урегулирования карабахского конфликта, который был реализован.

Накануне на своей традиционной ежегодной пресс-конференции президент России Владимир Путин сделал ряд примечательных заявлений, касающихся отношений с президентом Турции Реджепом Тайипом Эрдоганом и ситуации в Карабахе.

Российский лидер вновь подчеркнул, что с точки зрения международного права, Нагорный Карабах – это Азербайджан. Что касается позиции Турции, то Анкара защищает правое дело Азербайджана – возвращение оккупированных территорий. Говоря о турецком лидере Владимир Путин отметил, что это человек, который держит слово.

Пристальное внимание к карабахской тематике на пресс-конференции Владимира Путина было ожидаемым, ведь именно при посредничестве РФ стало возможным подписание соглашения 10 ноября, роль Минской группы была минимальной, если не сказать отрицательной.

Как передает AZE.az, российский политолог, эксперт клуба «Валдай», профессор Санкт-Петербургского государственного университета Станислав Ткаченко в беседе с Media.Az согласился с тем, что МГ ОБСЕ не сработала в деле урегулирования:

– Очевидно, что Минская группа оказалась не у дел. Посредником, которому доверяют обе стороны и который был в состоянии предложить свои ресурсы для выполнения соглашения, оказалась только Россия. Сложился разумный компромисс, отражающий реальную ситуацию на поле боя, победу одних и поражение других. А Российская Федерация оказалась еще глубже вовлечена в дела Южного Кавказа.

– Президент России Владимир Путин с заметной симпатией высказался о президенте Реджепе Тайипе Эрдогане и Турции в контексте Карабаха.

– Такие же слова президент России произносил в адрес турецкого лидера и во время заседания Валдайского клуба в этом году. Уже тогда он сделал акцент на своих отношениях с Реджепом Тайипом Эрдоганом, как на важном аспекте российско-турецких отношений.

После кризиса 2015 года (в ноябре 2015 года Турция сбила российский бомбардировщик Су-24 – ред.) был выработан алгоритм взаимоотношений. Что мы видим, когда дело доходит до опасной черты, например, в Сирии или Ливии? Анкара и Москва сглаживают ситуацию и двигаются дальше. Есть широкое сотрудничество. И если удается договориться по Сирии или Ливии, где идут военные действия, то в отношении Карабаха Россия и Турция предсказуемо будут развивать сотрудничество.

РФ приняла как данность сближение Азербайджана и Турцией. С Баку и Анкарой у Москвы есть хорошие двусторонние связи и отношения, понимание между лидерами государств и дипломатами. Так что, если лет через 50 станет известно, что Москва и Анкара прорабатывали такой вариант урегулирования карабахского конфликта, то это не вызовет большого удивления.

– А как вы оцениваете попытки пересмотра договоренностей по Карабаху, которые сейчас происходят? К примеру, в своем интервью 16 декабря французскому изданию Le Monde новый глава МИД Армении Ара Айвазян не исключил «признания» Ереваном Карабаха, если Баку не пойдет на какие-то уступки по статусу территории. После драки кулаками не машут, есть соглашение, его надо выполнять, но вновь звучат реваншистские заявления…

– Давайте посмотрим, что за этим заявлением последует. Скорее всего, это работа на внутреннюю аудиторию. Это новый министр с новой командой, он, видимо, хочет завоевать симпатии общества. Эксперты обычно делят такие заявления на два, а то и на десять.

Российская дипломатия в ближайшие пять лет будет исходить из того, что заявление 10 ноября пересмотру не подлежит. Когда лидеры России и Турции заявляют о том, что конфликт в Карабахе завершился, то к этим словам стоит прислушаться.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ