Что скажет Строкань: сейчас все зависит от Еревана. ВИДЕО

Помириться ли Армения с Турцией при новых реалиях, ведь ранее армянская сторона рассчитывала, что можно будет разморозить отношения с Анкарой и при этом сохранить контроль над оккупированными азербайджанскими землями, оставив карабахский конфликт в замороженном состоянии?

Как передает AZE.az, подоплеку наметившегося сближения Еревана и Анкары и его значение для будущего армяно-азербайджанского урегулирования анализирует политический обозреватель Сергей Строкань – специально для портала «Москва-Баку».

Отмечавшееся на этой неделе 30-летие независимости Армении совпало с важным сигналом о том, что в политике независимого армянского государства наступает смена вех. Накануне юбилея пресс-секретарь премьер-министра Армении Никола Пашиняна Мане Геворкян сделала заявление о том, что ее страна готова к диалогу с Турцией – государством, противостояние с которым до последнего времени определяло условия существования независимой Армении и ее позиционирование на Южном Кавказе, где вместе с Россией Турция была и остается ключевым игроком.

Подтверждением того, что в сентябре 2021 года, в первую годовщину начала второй карабахской войны, на Южном Кавказе трогается столетний лед недоверия и глухой вражды, стало и новое заявление президента Турции Реджепа Тайипа Эрдогана, сделанное им накануне встречи с российским президентом Владимиром Путиным в Сочи. Турецкий лидер назвал поступающие из Еревана импульсы позитивными и дал понять, что вопрос установления долгосрочного мира на Южном Кавказе станет на встрече в Сочи одним из приоритетных. Его решение придаст мощный импульс и российско-турецким отношениям.

Если гора не идет к Магомету, Магомет идет к горе. Между тем, в случае армяно-турецких отношений на протяжении всего периода существования независимого армянского государства складывалась ситуация, когда и Магомет и гора так и остались стоять на месте, предпочтя движению навстречу друг другу войну слов и жестов. Дипломатические отношения между Турцией и Арменией на сегодняшний день отсутствуют, а граница между ними была закрыта еще в первые годы существования независимого армянского государства, в 1993 году, то есть, в период первой карабахской войны.

Инициатором закрытия границы тогда стала Анкара, четко и недвусмысленно поддержавшая Азербайджан в его конфликте с Арменией и осудившая оккупацию азербайджанских территорий. Кроме того, яблоком раздора стала тема трагедии 1915 года – Армения добивалась международного признания геноцида армян в Османской империи и осуждения Турции, считая неуместными встречные предложения Анкары провести беспристрастное международное расследование, чтобы установить полную картину случившегося и виновных в массовой резне столетней давности.

Конечно, ситуация, когда два соседних государства на протяжении десятилетий были вынуждены жить в условиях закрытой границы, повернувшись друг к другу спиной, и не имели дипотношений, была противоестественной, ненормальной и в обеих столицах это понимали. Первая робкая попытка начать процесс сближения была предпринята более 10 лет назад, при предшественнике Никола Пашиняна, бывшем президенте Армении Серже Саргсяне. В октябре 2009 года главы МИД Армении и Турции даже подписали в Цюрихе протокол об установлении дипотношений, который должны были ратифицировать парламенты двух стран.

Однако этого так и не произошло. Сегодня, когда Ереван и Анкара готовы предпринять вторую попытку сделать шаги навстречу друг другу, принципиально важно понять, почему этого не удалось сделать в период между первой и второй карабахскими войнами, почему предыдущая попытка оказалась фальстартом.

Более десятилетия назад камнем преткновения, непреодолимым препятствием на пути нормализации армяно-турецких отношений стал именно карабахский конфликт и ничто другое. Армянская сторона рассчитывала на то, что можно будет разморозить отношения с Анкарой и при этом сохранить контроль над оккупированными азербайджанскими землями, оставив карабахский конфликт в замороженном состоянии.

Однако турецкая сторона такой сценарий отвергла и в этом была своя логика. Ведь причиной закрытия границы с Арменией стал карабахский конфликт, который на момент подписания протокола в Цюрихе так и не был урегулирован.

В итоге в декабре 2009 года бывший тогда премьером Турции Реджеп Тайип Эрдоган заявил о том, что Анкара не ратифицирует протоколы без разрешения карабахского конфликта. В ответ Серж Саргсян подписал указ о приостановлении процесса ратификации армяно-турецких протоколов, заявив, что Турция не готова продолжать начатый процесс. Первого марта 2018 года он и вовсе аннулировал протоколы, заявив о том, что Армения сделала все, чтобы не оставлять вопрос урегулирования армяно-турецких отношений будущим поколениям. Однако, как он тогда выразился, Турция «не сделала ни единого шага для ратификации и вступления в силу документов».

После этого гора и Магомет Южного Кавказа простояли в таком неподвижном положении вплоть до декабря прошлого года. Отметим, что так продолжалось до того самого момента, когда прибывший на парад Победы в Баку Реджеп Тайип Эрдоган не сделал новое громкое заявления о готовности предпринять вторую за время существования независимого армянского государства попытку нормализации отношений с Ереваном.

Причем необходимо особо подчеркнуть, что опять-таки, это была не сугубо турецкая инициатива, а именно консолидированная позиция Анкары и Баку. После парада Победы и переговоров с присутствовавшим на торжествах Реджепом Тайипом Эрдоганом президент Азербайджана Ильхам Алиев также выступил с примирительным заявлением в адрес Армении.

Вот что он тогда заявил: «Мы обсудили создание единой платформы по развитию региона в условиях мира. Эта платформа предусматривает сотрудничество России, Азербайджана, Турции и Ирана. Если Армения сделает верные выводы из закончившейся войны, мы можем с Арменией сотрудничать. Нам нужно положить конец этой вражде, открыть новую страницу».

Почему эти заявления были сделаны только в конце прошлого года и не могли прозвучать до этого?

Все логично. После окончания второй карабахской войны Баку и Анкара считают карабахский конфликт завершенным.

А коль скоро конфликт завершен, то автоматически устраняется и главное препятствие, которое так и не позволило Еревану и Анкаре примириться еще более десяти лет назад, когда были подписан, а затем похоронен цюрихский протокол.

Надо сказать, что предложение о создании многосторонней платформы сотрудничества с участием Турции и Азербайджана поначалу было встречено в Ереване в штыки. Наверное, по иному поначалу и быть не могло. Вторая карабахская война, сопровождавшаяся войной информационной, еще больше подогрела градус ненависти к Турции, поскольку многие армянские политики и значительная часть общества, заговорившие о предательстве Пашиняна, также стали объяснять поражение в войне неким турецким вмешательством. Дескать, никогда бы мы войну не проиграли, не потеряли бы районы вокруг Карабаха и Шушу, если бы на стороне Азербайджана не воевала Турция.

Поверить в то, что Азербайджан победил самостоятельно, без всякого турецкого вмешательства, победил потому, что на сегодняшний день его армия на порядок сильнее было невозможно: у многих это не укладывалось в голове.

В итоге теория турецкого заговора не позволила Еревану быстро отреагировать на предложения о примирении, прозвучавшие в декабре прошлого года.

Несколько месяцев было потеряно.

Но, как говорится, лучше позже, чем никогда.

Внеочередные парламентские выборы в Армении, состоявшиеся в июне этого года, фактически стали неформальным референдумом по вопросам войны и мира. Его результаты стали для сторонников идеи свержения Никола Пашиняна и военного реванша в Карабахе неутешительными.

Выборы показали, что люди хотят выхода страны из изоляции и ее ускоренного развития, а не жизни в условиях осажденной крепости и подготовки к тому, чтобы поднакопить силы и однажды попытаться отвоевать потерянное в Карабахе. Большинству армянского общества это совсем не нужно.

Конечно, это не может не понимать Никол Пашинян. Не случайно вскоре после завершения формирования нового правительства Армении, с начала сентября, из Еревана стали поступать все более настойчивые сигналы о том, что Армения готова начать диалог с Турцией, первым и практическим результатом которого должно стать открытие региональных коммуникаций в регионе.

Выступая две недели назад на заседании нового правительства Армении, Никол Пашинян заявил: «Углубление или нормализация отношений с приграничными странами являются важным направлением внешней повестки правительства Армении. В повестке обсуждений с Ираном и Грузией существенную роль играет тема развития региональных коммуникаций. В этом контексте придаю важность проекту Север-Юг, который связывает нашу границу с Ираном с нашей границей с Грузией». По его словам, для Армении «чрезвычайно важно установление железнодорожной связи с Россией и Ираном» и для решения этого вопроса трехсторонняя комиссия Армении, России и Азербайджана обсуждает вопрос открытия коммуникаций.

«Мы решительны настроены приложить усилия на достижение конкретных результатов. Осознаем, что Азербайджан, в свою очередь, ожидает получить связь с Нахичеваном. Мы настроены восстановить мирный процесс с Азербайджаном в рамках сопредседательства Минской группы ОБСЕ. Придаю важность процессу демаркации и делимитации с Азербайджаном, и мы продолжаем работать по созданию необходимых для этого условий», – продолжал Никол Пашинян. При этом он сделал жест в сторону президента Эрдогана, сказав следующее: «В его заявлениях мы видим возможность разговора об урегулировании отношений и задействования армяно-турецкой железной дороги и автодорог. Мы готовы к такому разговору, который на фоне вышесказанного может получить более широкий контекст».

Надо сказать, что эти сигналы не остались незамеченными в Москве. Москва готова и дальше содействовать улучшению отношений Анкары и Еревана, видит положительные сигналы между странами, заявила официальный представитель МИД России Мария Захарова. «Мы зафиксировали состоявшийся недавно обмен положительными сигналами между Ереваном и Анкарой. Готовы всячески содействовать сближению двух соседних государств на основе взаимоуважения и на основе учета интересов друг друга», – отметила представитель российского МИДа. По ее словам, налаживание армяно-турецких отношений способствовало бы установлению мира, стабильности и процветания в регионе, особенно на фоне «нормализации азербайджано-армянских отношений в контексте реализации подписанных лидерами России, Азербайджана и Армении заявлений от 9 ноября 2020 года и 11 января 2021 года».

Между тем, накануне своей встречи с российским президентом Владимиром Путиным, намеченной на 29 сентября в Сочи, президент Эрдоган послал еще один позитивный сигнал в адрес союзной России Армении.

«У нас была возможность сотрудничества, которую мы назвали пятью или шестью площадками. В связи с этим мы получили положительные сигналы от премьер-министра Армении Никола Пашиняна. В то же время, мы предпримем определенные шаги в этом направлении», – многозначительно заметил он.

И наконец, самое главное: президент Эрдоган заявил, что в Сочи могут быть приняты «важные решения», назвав одной из тем переговоров карабахское урегулирование. «Если бы господин Путин не проявил черты настоящего государственного деятеля, то мы бы не смогли выйти из ситуации по Азербайджану. Однако благодаря его очень своевременным и продуманным решениям сформировалась намного более позитивная атмосфера», – заявил турецкий лидер.

О том, что в регионе складывается новая реальность заявил на 76-й сессии Генассамблеи ООН и президент Азербайджана Ильхам Алиев. «Азербайджан создал новые реалии в регионе Южного Кавказа, и это должен учесть каждый. Армения должна сделать выбор между региональным сотрудничеством и незаконными, необоснованными территориальными претензиями к соседям», – отметил азербайджанский лидер.

Главный вывод из всего этого можно сформулировать так: вторая попытка нормализации армяно-турецких отношений, в отличие от первой попытки, имеет все шансы не стать фальстартом. Ведь в этом заинтересованы все ключевые внешние игроки и не заинтересованы лишь те силы, как в Армении, так и в России, которым гораздо комфортнее видеть в Турции врага. Но их время проходит – это факт, который не без труда в итоге осознал и премьер Пашинян. Другое дело, что сказав «А» в процессе нормализации на Южном Кавказе, Пашинян должен будет рано или поздно сказать «Б». То есть, Баку. Ведь турецкое-армянское сближение без параллельного сближения Армении и Азербайджана окажется невозможным.

Сегодня этот вывод становится еще более очевидным, чем когда-либо, учитывая, что после подписания Шушинской декларации, мы говорим Турция, а подразумеваем Азербайджан.

Так что лучше бы, чтобы Пашинян сказал «Б» пораньше.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ