Олег Кузнецов: Армения мечтает о новой войне, но чужими руками

По мнению российского эксперта, армянская сторона не торопится передавать оставшиеся карты минных полей, что является доказательством того, что власти этой страны и командование ее вооруженных сил не смирилось с военным поражением осенью прошлого года.

Вопрос карты минных полей является одним из приоритетных направлений диалога между Баку и Ереваном после подписания заявления от 10 ноября. Однако, это направление необходимо для Баку для быстрого очищения своих территорий и быстрого строительства. Для армянской же стороны важен вопрос диверсантов, удерживаемых в Баку, которые, по мнению Еревана, являются «военнопленными».

После визита помощника госсекретаря США Филиппа Рикера в Баку, данный вопрос двинулся с мертвой точки. Азербайджан получил часть карт минных полей, а Армения получила 15 пленных. Гарантом того, что данная карта будет настоящей выступали США. С политической точки зрения США, ЕС, Грузия и даже Никол Пашинян получили большой подарок от Баку.

Визит Эрдогана в Шушу и подписание «Шушинской декларации» является новым этапом геополитического расклада в регионе. Азербайджан и Турция теперь и юридически являются военно-политическими союзниками. Поэтому тут каждая деталь важна.

По возвращению в Турцию Эрдоган вновь поднял вопрос карт минных полей «Армения должна начать предпринимать шаги по повышению доверия в регионе. Первым важным шагом в данном направлении может стать передача Азербайджану карт всех минных полей», — сказал турецкий лидер.

По его словам, передача Арменией Азербайджану карт заминированных территорий станет значимым шагом в данном направлении.

Как сообщает AZE.az, о том, передаст ли Армения карты минных полей Азербайджану и почему мировое сообщество не оказывает на Ереван такое же давление, как на Баку в вопросе пленных, рассказал в интервью “Зеркало” российский политолог Олег Кузнецов.

— Совсем недавно в Кельбаджаре на минах взорвались два журналиста. Передача карт минных полей стала возможной под давлением США на обе стороны. Может ли Россия надавить на Армению, чтобы она выдала карты?

— Я прекрасно понимаю, что подрыв машины азербайджанских журналистов в Кельбаджаре отозвался болью и негодованием в сердцах большинства ваших соотечественников. Они стали очередными жертвами нагорно-карабахского конфликта, угли которого все еще тлеют, периодически то здесь, то там вспыхивают и уносят жизни людей. Вся полнота ответственности за гибель работников азербайджанской прессы всецело лежит на армянской стороне, войска которой, уходя из Кельбаджара в соответствии с Трехсторонним соглашением от 10 ноября 2020 года, минировали все, что можно было только заминировать, не составляя их карт или схем минирования.

Я никоим образом не собираюсь реабилитировать военно-политическое руководство Армении, но все же не стал бы столь жестко увязывать гибель азербайджанских журналистов вследствие подрыва на мине с тем фактом, что армянская сторона не передает Азербайджану карты минных полей, несмотря на все его требования об этом на самых разных международных уровнях и на самых разных площадках.

Зачастую, в большинстве своем, карт минных полей просто нет физически в силу целого ряда объективных причин.

Первая — армянские военные и ополченцы из числа местного населения после прекращения боевых действий густо минировали территории, которые им предстояло передать Азербайджану, что явно противоречило букве и духу Трехстороннего соглашения от 10 ноября. Естественно, в этих условиях никто не намеревался оставлять документальных подтверждений своей преступной деятельности. За две недели между датой подписания соглашения и прекращении огня и датой вывода армянских военных формирований из Кельбаджара опытные саперы вполне могли установить две-три сотни тысяч мин, если они были в их распоряжении, не утруждая себя составлением карт, схем или сроков минирования.

Вторая — за 30 лет оккупации азербайджанских территорий армянские военные установили множество мин на своих рубежах обороны, специалисты называют цифру в 4 или даже 5 миллионов единиц. В принципе, эти цифры звучат вполне правдоподобно, потому что в Алжире французские колонизаторы, воюя против сил национально-освободительного движения, в начале 1960-х гг. по оценкам ООН установили до 3,5 миллионов мин. Учитывая патологическую ксенофобию армян в отношении азербайджанцев, вполне можно предположить, что так оно и было. Картографировать места установки такого громадного количества мин также не вполне реально. В любом случае, точное количество мин и прочих взрывоопасных предметов на освобожденных азербайджанских территориях мы узнаем только после того, как они будут обезврежены, на что потребуется годы и годы времени.

Третья — карты минных полей на рубежах обороны обычно хранятся у начальника инженерной службы полка или начальника штаба батальона, за время войны осенью прошлого года многие полевые штабы армянской армии были уничтожены вместе с личным составом и документацией прицельными точечными ударами азербайджанской артиллерии или беспилотников, то есть карты минных полей были утрачены физически вместе с теми, кто их составлял. К тому же, не надо забывать и такой военно-технический аспект, что в идеале переминирование минных полей в боевой обстановке производится дважды в год — специалисты инженерно-саперного дела меня поймут, — и такие минные постановки, как правило, на карты минных полей не наносятся. Поэтому для меня нет ничего удивительного в том, что находящиеся в руках азербайджанских военных армянские карты минных полей не всегда соответствуют действительности.

Конечно, если бы армянская сторона передала бы все имеющиеся у нее карты минных полей, то это существенно облегчило бы процесс рекультивации зон боевых действий, сократило число потерь личного состава азербайджанских вооруженных сил и российских миротворцев, отчасти предотвратило бы гибель гражданского населения. Но, как мы видим, армянская сторона не торопится с подобными жестами доброй воли, что является доказательством того, что руководство этой страны и командование ее вооруженных сил не смирилось с военным поражением осенью прошлого года, по-прежнему считает Азербайджан и его народ для себя врагом № 1 и не готово идти на политический компромисс и мирные переговоры. Армения де-факто продолжает считать себя в состоянии войны с Азербайджаном, которому, как я вижу, предстоит в ближайшем будущем провести еще одну военную операцию по принуждению Армении к миру, чтобы окончательно погасить очаг военно-политической напряженности на Южном Кавказе.

Российское руководство вряд ли станет оказывать на власти Армении политическое или дипломатическое давление в этом вопросе, так как прекрасно осознает все обстоятельства, перечисленные мной выше. Сейчас влияние России на внутриармянские дела и рейтинг ее популярности у местного населения неуклонно уменьшается, поэтому никто из политической элиты России не будет сейчас предъявлять Армении требований, выполнение которых в будущем не сможет обеспечить. Подобные требования без их удовлетворения будут восприняты официальным Ереваном как маленькая победа над Кремлем, как проявление его слабости и, как следствие этого, позволят элитам Армении занять более агрессивную и неуступчивую позицию в отношениях с российским политическим руководством. Поэтому в Москве никто не станет рыть себе яму собственными руками.

— Недавно Никол Пашинян в одном из своих интервью заявлял о том, что армянская сторона в «целях безопасности минирует приграничные территории». Есть женевская конвенция, которая запрещает минировать территории. Соответственно, международное сообщество должно оказать давление на Армению. Но этого мы не видим. Почему?

— К сожалению, азербайджанская сторона не указала точных географических координат места трагического инцидента с журналистами, а поэтому у меня сейчас объективно нет возможности определить, насколько близко место подрыва находилось от предполагаемой линии государственной границы. Пока нет такой информации, я не могу увязывать гибель азербайджанских журналистов с указанными вами действиями официального Еревана или деятельностью армянских диверсионных групп в приграничных районах Азербайджана. Я полагаю, что мина осталась со времен ухода армянских военных из Карабаха в ноябре прошлого года, которую не смогли обнаружить и обезвредить азербайджанские саперы при проверке дорог. Если в данном вопросе я не прав, то тогда возникают вполне резонные вопросы к российским пограничникам на предмет того, как через их служебно-боевые посты в сторону азербайджанской территории смогли просочиться армянские диверсанты? Как вы видите, при официальном расследовании этого трагического инцидента может возникнуть очень много вопросов не только сугубо криминального, но и политического характера. Я их прекрасно для себя предвижу, но не стану задавать через средства массовой информации, чтобы не быть обвиненным во вмешательство в дела следствия.

Что же касается перспектив оказания международным сообществом давления на Армению в вопросе передачи карт минных полей в Карабахе, то я не особо верю в перспективы этого дела. Выше я уже приводил пример Алжира, освободившегося через войну от французского колониального господства. Тогда международное сообщество также требовало от Франции передачи карт мирных полей, но та ответила отказом, сославшись на их отсутствие. И никто ничего не смог на это возразить. ООН пришлось тогда организовывать международную миссию по разминированию Алжира. Кстати, такая же миссия в настоящее время действует или действовала до недавнего времени в Косово. Я почти уверен в том, что такая будущность уготована и Карабаху, нравятся ли эти мои слова или нет. Большинству мировых политиков выгодно, чтобы Карабах как можно дольше оставался проблемным регионом, ибо в противном случае мы с вами увидим стремительный рост престижа России, Турции и Азербайджана на международной арене, что может существенно нарушить имеющийся сейчас баланс сил и их расстановку. Все хотят отложить «на потом» процесс нового передела мира и зон геополитического влияния в угоду конъюнктуре сегодняшнего дня, поэтому все проблемы Карабаха в ближайшей и даже среднесрочной перспективе международным сообществом будут «вежливо» игнорироваться.

— О каком диалоге после этого может идти речь с армянской стороной, если они не собираются давать карты минных полей?

— Ранее я уже сказал о том, что в современном армянском обществе объективно существует запредельный уровень ксенофобии в отношении Азербайджана и азербайджанцев. Все мы знаем, что президент Ильхам Алиев уже несколько раз обращался к властям Армении начать мирные переговоры, но все его инициативы были активно проигнорированы официальным Ереваном. А это значит, что власти и население Армении не готовы к миру, хотят новой войны, но чужими руками и чужой кровью — например, российской или французской, впрочем, любой, — лишь бы не признавать реальности своего недавнего тотального военно-политического поражения. Естественно, такое положение дел не оставляет места для мирных инициатив Азербайджана, поэтому день ото дня внутри меня все более укрепляется осознание неизбежности новой боевой операции азербайджанских войск по принуждению Армении к миру по примеру того, как это недавно сделали израильские военные в секторе Газа.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ